Сейчас шансы Мишель Обамы стать первой леди США настолько велики, что ее уже воспринимают в таком качестве. По крайней мере, это заметно по градусу негативной критики по отношению к ней.

Джордан Мейджиас, Нью-Йорк

Сейчас шансы Мишель Обамы стать первой леди США настолько велики, что ее уже воспринимают в таком качестве. По крайней мере, это заметно по градусу негативной критики по отношению к ней. Мишель Обама страдает от этого уже на протяжении нескольких месяцев, потому что эта борьба, имеющая в своей основе культурные предрассудки, разгорелась вокруг нее как когда-то вокруг Хиллари Клинтон, не умевшей готовить домашнюю выпечку, Нэнси Рейган, привлекшей астрологов в качестве политических консультантов, Элеонор Рузвельт, являвшейся активной правозащитницей, или Эдит Вильсон, которая после апоплексического удара своего супруга Вудро будто бы стала распоряжаться правительственными делами.

Теперь в случае с Мишель Обамой традиционные СМИ ведут себя сравнительно благонравно, однако в интернете против нее уже давно развязана война компромата. Желающие поучаствовать в этой кампании против миссис Обамы могут заимствовать исходные материалы, например, с сайта michelleobamawatch.com, чтобы в подходящей форме разместить их на таких сайтах, как freerepublic.com и townhall.com. Тем временем политические технологи Барака Обамы вынуждены бороться со славой супруги своего шефа, которую считают радикальной антиамериканской экстремисткой с язвительным языком и ненавистью ко всем белым. Мишель Обаму сравнивают с молодой незамужней матерью и называют ее «Mrs. Grievance», миссис Обидой, за ее несдержанность в критике недостатков американского общества.

Буря негодования

Несмотря на эти нападки, в настоящее время ее поддерживают 48 процентов американцев, в то время как Синди Маккейн довольствуется лишь 39 процентами. Это замечательный результат с учетом того, что Мишель Обама в большей степени похожа, разумеется, на энергично вмешивающуюся в политику Хиллари Клинтон, чем на мило улыбающуюся Лору Буш. Тем не менее, выпускница Принстонского и Гарвардского университетов, которая, наконец, смогла стать руководителем Медицинского центра Чикагского университета, снова ощутила волнение по поводу своей экзаменационной работы, представленной по окончанию учебы на факультете социологии. Вначале возникла буря негодования из-за того, что Принстонский университет отказался раскрыть текст ее работы. Потом текст все-таки достали из «шкафа с ядами», а его интерпретаторы быстро позаботились о том, чтобы автор испытала сильнейшее недоумение.

Близкие к республиканцам критики сразу же попытались разоблачить юношескую работу в качестве декларации черного сепаратизма. В результате возникли даже курьезные передергивания, когда, например, один из самых ярых молодых консерваторов страны Динеш Дсуза осудил допущенную в работе грамматику, которая разочаровала его больше всего. Он упрекнул Обаму в том, что чтение ее работы не идет ни в какое сравнение с чтением Шекспира. Вместо Шекспира консерватор был вынужден прочитать академический текст под заголовком «Учащиеся чернокожие Принстонского университета и чернокожее сообщество». Конечно, для заключительной экзаменационной работы социолога эта тема являлась не вполне подобающей, даже если Дсузу в этом не устраивает только отсутствие шекспировских стихотворных форм.

Самокритичное сомнение

Мишель Ле Вон Робинсон исследовала изменения в поведении 89 чернокожих во время их университетского обучения: «Станут ли они в большей или меньшей степени мотивированы на поддержку чернокожего сообщества?». Она пришла к выводу, что чернокожие выпускники Принстона еще больше отдалились от своей родной общественной среды. При этом она с самокритичным сомнением указала на собственный опыт и жизненные установки, признавшись в стремлении к тем же самым целям, которые ставили перед собой ее белые сокурсники. Этими целями были образование в элитном университете и доходная работа в уважаемой компании. 

Однако наряду с этим она ощущала себя гостьей в университетском кампусе, как будто бы не имела к нему никакого отношения: «В Принстоне у меня появилось большее осознание себя чернокожей». Избранный ею путь в результате привел к «интеграции и/или ассимиляции в белую культурную и общественную структуру», в которой она никогда не сможет стать полноценным членом общества.

Чрезвычайная опасность

Возможно, тогда потенциальная первая леди ошибалась. Она не могла предвидеть произошедшие перемены, которые наступили в результате совместной жизни этнических групп, не могла представить себе различия между сегодняшним Принстоном и тем, который был вчера. Это и помогло республиканцам сфабриковать скандал. Они переносят воззрения и выводы 21-летней студентки Принстона на сегодняшнюю активную участницу избирательной кампании. Когда она училась в Принстоне, на ее курсе из приблизительно 1100 студентов было всего лишь 94 чернокожих. После Принстона ей еще предстояло изучать юриспруденцию в Гарварде.

Использование в предвыборной кампании экзаменационной работы, которой уже исполнилось четверть века, очень показательно. Барак и Мишель Обама являются чрезмерной опасностью для американского консервативного проекта. Вырванные из контекста цитаты миссис Обамы, конечно, не смогут остановить ее переезд в Белый дом. Республиканцам остается надеяться только на появление действительно увесистого злободневного компромата.