В Джакарте мальчик Барри Соэторо поступил в школу как мусульманин. Сорок лет спустя он выставил свою кандидатуру на пост президента США под своим теперешним именем – Барак Обама.

Оливер Майлер, Джакарта

Размашистый красивый почерк, страница 203. Школьный архивариус выносит этот журнал из своей темной канцелярии во двор на солнечный свет. «Имя: Барри Соэторо, место рождения: Гонолулу, религиозная принадлежность: ислам». Страница 203 в журнале джакартской школы святого Франсискуса Азизи уже успела немного пожелтеть. Запись была сделана в 1968 году.

В качестве закладки в журнале используется визитная карточка журналиста Fox News, консервативной американской телекомпании. Он побывал здесь, чтобы поднять эту скандальную тему перед выборами. Вероятно, что его репортаж повлияет на исход американских президентских выборов. Он позаботился о том, чтобы волна слухов не смогла утихнуть.

«Мы молимся и надеемся на то, что эти необоснованные слухи не навредят ему», говорит полноватый индонезиец Ралли Дессед. 47-летний рекламный фотограф был лучшим другом Барри Соэторо. Он сидел с ним рядом на школьной скамье, был с ним в одной группе бойскаутов и копировал вместе с ним американские комиксы. Он называет его Берри, с «е» и раскатистым «р», а иногда и мистером Обамой.

Барри Соэторо это Барак Обама. Он пять лет жил в Джакарте. В то время он носил фамилию отчима. В детстве у него сформировалась такая многосторонняя картина мира, которой никогда бы не возникло, если бы он рос только в Америке. Он узнал, например, что такое крайняя нищета или совершенно другая культура и религия. Теперь детские годы напоминают о себе. В интернете появились сайты, утверждающие, что в действительности Обама является мусульманином. Американский журнал «Insight Magazine», близкий к республиканцам, опубликовал дезинформацию о том, что в Индонезии он посещал медресе (мусульманскую духовную школу).

Обама неистово опровергает подобные утверждения. На американских мусульман это производит сильное впечатление, они задаются вопросом, что же в этом дурного, если он является мусульманином или был таковым. На предвыборном мероприятии в Детройте двух сторонниц демократического кандидата, которые стояли за сценой в головных платках, сотрудники избирательного штаба Обамы попросили выйти из передних рядов, чтобы они не привлекали внимание видеокамер. Эта история стала общеизвестной. Обама позвонил «пострадавшим» девушкам и извинился. Он вынужден постоянно балансировать как при ходьбе по канату.

Противники Обамы считают подозрительным то, как эмоционально он реагирует на сомнения относительно своей религии. Однажды Хиллари Клинтон спросили об этом слухе, который распространялся о ее тогдашнем сопернике, и она ответила: «Обама не является мусульманином, насколько я знаю». Дополнение «насколько я знаю» было, разумеется, с оттенком политического коварства. Голословное сомнение в религиозной принадлежности Обамы является одним из козырей в предвыборной кампании. Сомневающиеся напоминают о его полном имени – Барак Хусейн Обама. Имя вызывает естественные ассоциации с двумя известными именами: Саддам Хусейн и Осама бен Ладен. Напоминается также и о его детских годах, проведенных в Индонезии.

Когда он оказался на этом простом школьном дворе на юге Джакарты, ему было шесть лет. Он был толстоват и достаточно высок для своего возраста. Одной из его особенностей была леворукость, но левшам здесь свободы не давали. Он не мог говорить на индонезийском языке.

Его мать Энн, белая американка из Канзаса, была антропологом. Она решила покинуть Гонолулу вместе со своим сыном, которого она родила от иностранного студента из Кении. Вместе с сыном она перебралась к своему новому мужу, иностранному студенту из Индонезии. Он был вынужден вернуться на родину, потому что его лишили визы по политическим мотивам. Мужа звали Лоло Соэторо. В новой семье у Барака была любимая сводная сестра Майя. Лоло Соэторо записал мальчика в частную католическую школу Азизи. В это время в Индонезии власть оказалась в руках генерала Сухарто. В результате его расправы над коммунистами были убиты сотни тысяч людей.

Обама пишет в своей автобиографической книге Смелость надежды (The Audacity of Hope): «Моя мать потом говорила, что никогда бы не отправилась в эту поездку, если бы знала о том, что произошло за несколько месяцев до нашего прибытия. Она этого не знала». Семья Обамы оказалась в суровых условиях, он пишет: «Мы жили в скромном доме на окраине города без кондиционера, без холодильника и без смывного туалета». Джакартская школа была открыта для всех: для детей христиан, буддистов, индуистов, мусульман. Молодая семья смогла устроить Барри только в эту школу. Обама описывает своих школьных приятелей как «детей крестьян, обслуги, портных и служащих».

Международные школы Джакарты, в которых учились дети западных посланников, были слишком дорогостоящими. Лоло Соэторо был армейским лейтенантом, который получил звание после прохождения службы по призыву. В армии платили плохо. Когда он регистрировал своего пасынка, он вписал в графе о религиозной принадлежности «ислам». Хотя это не соответствовало действительности, Обама был всегда христианином. Должно быть Лоло Соэторо, умерший в 1993 году, в то время желал, чтобы Барри был мусульманином в преимущественно мусульманской Индонезии.

Таким, как он сам. Вероятно Лоло Соэторо тоже был удивлен вопросом, который ему задали при регистрации. А для Энн, матери Обамы, которая без сомнения присутствовала при регистрации, этот вопрос, наверное, показался не таким важным. Энн скончалась в 1995 году. Теперь уже никто не знает об этом точно. Кто мог тогда предвидеть, что мир когда-нибудь заинтересует, почему на 203-й странице указан «ислам»? Кто мог тогда предположить, что в скромную пригородную школу будут отовсюду прибывать репортеры, чтобы заснять эту страницу и прояснить вопрос о том, был ли он мусульманином?

«Вы слышите, что это действительно так? Ему было шесть лет, по утрам мы крестились и повторяли молитву Отче наш, говорит Исраэлла Дармаван, первая учительница Обамы. Теперь она внезапно привлекла к себе внимание и уже поучаствовала в ток-шоу индонезийского телевидения. Индонезийцы любят эту сагу о «нашем Барри»: со школьного двора в южной Джакарте в американский Белый дом. Для большинства индонезийцев он является героем. Его портреты уже побывали на обложках всех информационно-политических журналов. В забавном комментарии «Jakarta Post» недавно написали, что Индонезия, страдающая от убогих политиков, может только надеяться на проигрыш Обамы на американских президентских выборах, чтобы в 2009 году его смогли избрать индонезийским президентом.

Бывшая учительница специально для СМИ написала две страницы воспоминаний о своем знаменитом ученике. Эти воспоминания кажутся приукрашенными. «Он был лучшим в классе», говорит Исраэлла Дармаван, «и он всегда помогал мне стирать классную доску. Я даже ни разу не просила». Конечно, он был вежливым, веселым, смышленым, иногда несколько горячим, харизматичным, прирожденным руководителем. И однажды, когда она попросила своих учеников написать о своих желаниях на будущее, Барри написал: «Когда я стану большим, я хотел бы быть президентом». Она абсолютно уверена в том, что вспоминает все правильно.

Он проучился в Азизи два года, после этого он перешел в школу Безуки в прекрасном зеленом квартале в центре Джакарты. Его отчим получил работу в американской нефтяной компании. Теперь семья смогла позволить себе большой дом площадью 300 кв.м. Матери больше не надо было ездить так далеко к американскому посольству, где она преподавала бизнесменам английский язык.

«Здесь многое поменялось», говорит Ралли Дессед. Он стоит перед школьной комнатой IV, в которой он жил вместе с мистером Обамой. На крыше школы возвышается блестящий золотой купол мусульманского молитвенного зала. «В наше время его еще не было», говорит Ралли. Он добавляет, что в их время не было и такого количества девочек в головных платках.

Ралли выполняет миссию, борясь с той грязью, которой поливают его друга детства. Он мечтает когда-нибудь снова увидеть школьного друга, но уже в качестве президента. Он борется против этих чудовищных искажений в интернете, в которых школа Безуки предстает в качестве медресе. Школьные приятели Барри, среди которых оказались член парламента, бизнесмен и журналист, организовали комитет в его поддержку. Ралли стал координатором этой группы.